Шаар Алия

Наконец-то наступило ахарейахагим. Поезд времени нашего мира, получивший встряску в момент перевода годовой стрелки на космических часах, после трехнедельной беспорядочной раскачки, наконец установился на новых рельсах и пошел ровно. Вернулось нормальное время, когда субботы бывают по одному разу в неделю, а не по два, а то и по четыре, а понедельники, которые, как известно, начинаются в субботу вечером, переходят во вторники, а те в среды, а не сразу в следующие субботы…
 
В общем, американские, то есть, еврейские осенние горки на рельсах времени закончились, и можно, наконец, начинать новую жизнь, ту самую, которая с Нового года и которая обязательно включает бег по утрам. Мешает то, что в месте моего проживания американские, простите, израильские горки существуют не только во времени, но и в пространстве тоже. Вот одна моя тель-авивская подруга пишет, что бегает вокруг квартала. Я ей завидую и тоже так хочу. Да только у меня вокруг квартала будет так: сначала вертикально вверх, затем, когда ты уже на последнем издыхании, — некоторое время вниз, но потом, когда почти все уже позади и ты чувствуешь себя крутой и спортивной, — опять вверх, иначе домой не попадешь. Домой-то в конце концов попадаешь, но к тому времени ты уже опять кляча с одышкой. Вот такое у меня тут «вокруг квартала».
 
Ладно, теперь о позитивном. Ведь можно еще добежать до моря — это совсем близко, займет меньше десяти минут. Обратно, правда, придется добираться на общественном транспорте с пересадкой, потому что вертикально вверх… Но зато можно перед этим побегать вдоль моря в свое удовольствие. А потом остановиться, подышать, хлебнуть воды из фонтанчика и, повернувшись спиной к вечности, то есть к волнам, увидеть вдруг наверху свой город.
 
И понять, что стоишь в его Воротах.
 
И осознать, что место, где ты стоишь, так и называется — «Ворота». «Ворота Алии».
 
«Шаар Алия», приморский район Хайфы, который лежит прямо под моим Шпринцаком, называется так потому, что он принимал алию. В самом начале, услышав это название, я представила, как во времена британского мандата именно сюда, на этот песчаный берег, причаливали ночью шлюпки с притаившегося в темном море корабля нелегальной алии, и встречающие их жители города и бойцы ПАЛЬМАХа помогали людям добраться до тех мест, где их ждали, кормили и согревали. Я уверена, что пассажиркой одной из таких лодок была и я сама в прежней жизни, потому что слишком хорошо помню тот момент, когда лодка коснулась берега и все вокруг стало чуть-чуть устойчивей. Помню, как меня довели до прятавшегося в темноте грузовика и подсадили в него… Я уже писала об этом. А в моей текущей жизни корабль принял облик самолета Эль-Аль, и еще я в этой жизни, как и большинство моих друзей, попала в свою Страну через другие ворота — Ворота Леса, Шаар ха-Гай, которые вели в Иерусалим, и произошло это скорее всего потому, что Ворота Алии были для нас пройдены заранее, уже давно.
 
Но я не об этом, а о том, что мое представление о происхождении названия «Шаар Алия» оказалось, конечно, несколько красивее и романтичнее, чем на самом деле. Этот хайфский район попросту назван в честь палаточного лагеря «Шаар Алия», который располагался здесь в годы после рождения Государства Израиля, и который принимал репатриантов, уже вполне легально прибывавших в хайфский порт. Сначала — евреев, выживших в Катастрофе, из Европы. Немного позже иракских евреев. Этот лагерь был настоящими Воротами Алии в страну, которая, едва придя в себя после войны, росла и строилась буквально на глазах.
 
Но разве важны подробности? Главное — оглянуться, и, увидев свой город, понять, что ты стоишь в его Воротах.
 
В Хайфе очень много новых репатриантов. Я знаю, что сейчас так не говорят, этот термин давно уже многим кажется неуместным, и новоприбывшие называют себя просто «новенькими». Конечно, если ты, допустим, бывшая ведущая передачи «Эхо Дождя» на телеканале «Скандалы», — это чисто для примера, все случайные ассоциации случайны, — то твое тонкое чувство языка никогда не позволит тебе использовать самоназвание «репатриант».
 
Но мой город — это Ворота Алии. И если ты просто «новенький», но не репатриант, то это значит, что ты в них не вошел. Ты можешь чувствовать себя гордым изгнанником, или высоким гостем, или даже колонизатором, но это — твои личные ощущения, которые город полностью игнорирует. Он принимает по-настоящему только тех, кто вошел в его Ворота. И неважно на самом деле, в каком именно израильском городе ты будешь жить. Не важно, сколько времени пройдет с момента получения тобой удостоверения репатрианта. Важно, что только тогда, когда однажды ты проснешься и вспомнишь, что тебе снилась лодка, с которой ты сошел в темноте на берег, прячась от враждебных прожекторов, когда проснешься с ощущением, что этот берег — твоя долгожданная и любимая родина, и с щемящим чувством любви и сострадания осознаешь, что патриотизм — это естественное и прекрасное прибежище изгнанника, которого демагоги и негодяи пытаются лишить его родины, — только тогда ты поймешь, что только что прошел Ворота Алии.
Реклама